Ударь меня, только не очень сильно. Я еще не могу бежать во весь дух, иначе у меня не хватит сил до караван-сарая. Проводник бьет носильщика...
Бертольт Брехт (Bertolt Brecht)
«Исключение и правило»
ная, но так как он обладал солидным состоянием, отчасти благодаря приданому жены, то супруги, кстати сказать, бездетные, занимали на Кайзерштрассе большую комфортабельно..
Манн Томас (Mann Thomas)
«Луизхен»
Еще один дом, на Этон-корт, типичный для Новой Англии домик, двухэтажный с фасада и одноэтажный с тыла, шесть спален, четыре ванные, лест..
Чак Паланик (Charles Michael Palahniuk)
«Колыбельная»
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия. Стейнбек Дж. Э
Вы читаете «Зима тревоги нашей», страница 17 (прочитано 8%)
«Жемчужина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«О мышах и людях», закладка на странице 10 (прочитано 17%)
«Благостный четверг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гроздья гнева», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Заблудившийся автобус», закладка на странице 10 (прочитано 6%)
Итен рассмеялся.
- Когда работаешь продавцом в лавке у макаронщика, надо соблюдать
солидность - ради жены, ради детей. Согласны?
- Показное.
- Конечно, показное. Будь во мне хоть капля истинной солидности, я бы
ни о чем таком не думал. Не мешало бы вспомнить, что говорил мой отец
незадолго до смерти. Он говорил, что уязвимость находится в зависимости от
интеллекта, от чувства уверенности в себе. Слова "сукин сын", говорил он,
могут уязвить только того, кто не уверен в своей матери. А, скажем, Альберт
Эйнштейн, - он был еще жив тогда, - чем и как его уязвишь? Так что,
пожалуйста, можете называть меня мальчуганом, если желаете.
- Мальчуган. Сам видишь, это по-дружески.
- Ну ладно. Что вы там хотели мне сказать насчет торговли? Чего я
такого не умею?
- Торговля - это деньги. Деньги и дружба - совсем разное. Слушай,
мальчуган. Может, ты слишком по-дружески, слишком приветливый? Деньги и
приветливость - это совсем разное. Деньгам нужна не дружба, а еще и еще
деньги.
- Вздор, Марулло. Мало ли я знаю дельцов, которые и приветливы, и
дружелюбны, и вообще достойные люди.
- Когда дело в стороне - да. Ты, мальчуган, сам узнаешь. А когда
узнаешь, будет поздно. Сейчас ты справляешься, в лавке все хорошо, но если
она будет твоя, ты по дружбе и прогоришь. Я тебя учу, как в школе. Прощай,
мальчуган.- Марулло согнул руки в локтях и, быстро выйдя из лавки, хлопнул
дверью, и тогда Итен почувствовал всю тяжесть тьмы, сделавшейся по всей
земле.
В дверь резко постучали чем-то металлическим. Итен отдернул штору и
сказал:
- Перерыв до трех.
- Впустите меня. Я к вам по делу.
Незнакомец вошел в лавку - сухопарый, с виду вечно молодой человек,
который никогда молодым не был; щеголеватый костюм, матово поблескивающие,
гладко прилизанные волосы, взгляд веселый, неспокойный.
- Извините за вторжение. Но мне скоро уезжать. Хотел поговорить с вами
наедине. Думал, старик никогда не уйдет.
- Марулло?
- Да. Я следил с улицы.
Итен взглянул на его белые руки. На среднем пальце левой он увидел
крупный кошачий глаз в золотой оправе.
Незнакомец перехватил его взгляд.
- Не налетчик, - сказал он.- Я познакомился вчера с одним человеком,
который хорошо вас знает.
- Да?
- Миссис Янг-Хант. Марджи Янг-Хант.
- А-а!
Итен чувствовал, как этот человек будто принюхивается к нему, второпях
ищет ход, точку соприкосновения, чтобы завязать какой-то узелок.
- Славная бабенка. Расхвалила мне вас - дальше некуда. Вот я и
подумал... Моя фамилия Биггерс. Ваш город в моем участке. Я от "Б. Б. Д. и
Д.".
- Мы закупаем у Вэйландса.
- Знаю, знаю. Поэтому я и зашел к вам. Думал, может, вы захотите
несколько расширить свои связи.
Страницы: (198) : << ... 9101112131415161718192021222324 ... >>
Тем временем:
...
- Вы работали на радио?
- Откуда вы знаете?
- Догадался по голосу.
- Понимаю.
- Так кто забрал у вас одежду?
- Семья, в которой я работала.
- Что? Это довольно необычно.
- Вся история необычна.
- В таком случае, я действительно хотел бы услышать все, с самого
начала, - сказал Мейсон и бросил быстрый взгляд на Деллу Стрит, чтобы
удостовериться стенографирует ли она. - Расскажите мне сначала о себе.
- Если говорить очень кратко, - начала Диана Рэджис, - отца я никогда
не знала. Мама умерла, когда мне было двенадцать лет и тогда я осознала,
что если хочу чего-то добиться, будучи круглой сиротой без каких-либо
средств, я должна работать над собой. Я всегда старалась не забывать об
этом. Я закончила только общую школу, но по мере возможности пополняла
образование: ходила в вечернюю школу, на заочные курсы, проводила уик-энды
в публичной библиотеке. Я изучила стенографию, научилась печатать на
машинке и, в конце концов, стала выступать на радио. Но у меня были
неприятности с одним режиссером и мне грозило увольнение с работы.
Приблизительно в это время я получила письмо от поклонника по имени Язон
Бартслер. Он писал, что ему нравится мой голос и спрашивал, не интересует
ли меня более легкая и лучше оплачиваемая работа.
- И что вы сделали? - поинтересовался Мейсон.
Она состроила легкую гримасу.
- Мы на радио получаем много таких писем. Не все они украшены такими
изящными словами, но за всеми скрывается одно и то же. Я не обратила
внимания на то письмо.
- И что дальше?
- Я получило второе послание. Потом мистер Бартслер позвонил мне в
студию. У него был очень милый голос. Он сказал, что у него неважное
зрение, что он всю жизнь был пожирателем книг и теперь ему нужна чтица. Он
внимательно следил за тем, как я интерпретирую текст и ему не только
нравится мой голос, но он так же видит, что я личность умная и
интеллигентная. Короче говоря, я стала у него работать и убедилась в том,
что это очень приятный, культурный пожилой человек...
