Она была странной овальной формы, с выцветшими желтоватыми стенами. На полу стоял черный портфель, набитый доверху - его даже не удалось закрыть...
Патрик Модиано (Patrick Modiano)
«Улица Темных Лавок»
Вот когда кто-нибудь разоряется и дом продают с молотка, архивы выходят на свет божий. Если бы не предприимчивый и упорный американец, обнаруживший пресловутые ..
Андре Моруа (Andre Maurois)
«Биография»
Мы, оказывается, городская стража Вероны, и я не сомневаюсь, что мы выглядим как надо, а может быть, даже лучше, чем надо...
Джон Пристли (John Priestley)
«Мой дебют в опере»
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия. Стейнбек Дж. Э
Столетие Джона Стейнбека. Радио Свобода
Вы читаете «Заблудившийся автобус», страница 2 (прочитано 1%)
«Жемчужина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«О мышах и людях», закладка на странице 10 (прочитано 17%)
«Благостный четверг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гроздья гнева», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
И то, что армии Союза не могли сделать силой оружия,
сделал Первый национальный банк Сан-Исидро с помощью просроченной
закладной.
Теперь, восемьдесят с лишним лет спустя, о Бленкенах помнят мало -
только, что они были очень гордые и очень вздорные. Участок за это время
много раз менял хозяев и в конце концов влился в империю газетного
короля. Кузница сгорела, была отстроена, сгорела снова, а то, что
осталось, переоборудовали в гараж с бензоколонкой, а позже в
магазин-ресторан-гараж со станцией обслуживания. Когда участок купили
Хуан Чикой с женой и приобрели право на пассажирские перевозки между
Мятежным углом и СанХуан-де-ла-Крусом, хозяйство это стало еще и
автобусной станцией. Мятежные Бленкены из-за гордости и повышенной
обидчивости, которая есть признак невежества и лени, исчезли с лица
земли, и никто теперь не помнит, какие они из себя были. А Мятежный угол
знают хорошо и Чикоев любят.
За бензоколонками стояла маленькая закусочная, в закусочной -
стойка с круглыми закрепленными табуретами и три столика для тех, кто
желал расположиться поосновательнее. Чаще они пустовали - за столиком
полагалось давать чаевые хозяйке, а за стойкой нет. Позади стойки первую
полку занимали булки, плюшки, пончики, вторую - консервированные супы,
апельсины и бананы, третью - коробки кукурузных хлопьев, рисовых
хлопьев, ячменных хлопьев и других казенных злаков. С краю за стойкой
был рашпер, рядом с ним раковина, рядом с ней краники - газированной
воды и пивной, рядом с ними мороженицы, а на самой стойке, между
держателями для бумажных салфеток, монетными щелями проигрывателя,
солонками, перечницами и соусницами красовались под прозрачными
колпаками пироги. По стенам, везде, где только можно, висели календари и
плакаты, изображавшие неправдоподобно ярких девушек с налитыми грудями и
без бедер: блондинки, брюнетки, рыжие - все, как одна, обладали этим
чрезвычайным верхним устройством, и пришелец из другого мира, при виде
такой увлеченности художника и публики, наверно, решил бы, что мы
размножаемся посредством молочных желез.
У Алисы, жены Хуана Чикоя, которая работала в этом блестящем
окружении, была вислая грудь, широкие бедра, и ходила она, тяжело ступая
на пятки. Алиса вовсе не завидовала ежемесячным девушкам и кокакольным
девушкам. Она никогда таких не встречала и не думала, что они вообще
встречаются. Она жарила яичницы и шницели, разогревала супы из банок,
разливала пиво, накладывала мороженое, к вечеру ноги гудели, и она
делалась раздражительной и сварливой. А в середине дня из прически
вываливалась прямая влажная прядь и лезла в глаза; сперва Алиса
откидывала ее рукой, а под конец просто сдувала.
Рядом с закусочной в уцелевшей кузнице был оборудован гараж, на
потолке и балках до сих пор чернела копоть старого горна, и правил здесь
- между автобусными рейсами в Сан-Хуан-де-ла-Крус и обратно - Хуан
Чикой.
Страницы: (154) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
...
Новая душа в новом теле? Ничего подобного. Я не верю ни в какое новое тело.
Разве у нас не такие же сердце, печень, артерии, нервы, как у кроманьонцев?
А что касается души, то моральные ценности -- не бессмысленное изобретение
дряхлых моралистов. Они потому и называются ценностями, что без них
невозможны ни дальнейшее развитие общества, ни счастливая жизнь. Я напомню
вам для начала несколько древних как мир истин, отменить которые не может
ни технический прогресс, ни нигилистическая философия.
Во-первых, нельзя жить для себя. Думая только о себе, человек всегда
найдет тысячу причин чувствовать себя несчастным. Никогда он не делал всего
того, что хотел и должен был делать, никогда не получал всего того, чего, по
его мнению, заслуживал, редко был любим так, как мечтал быть любимым. Без
конца пережевывая свое прошлое, он будет испытывать одни сожаления да
угрызения совести, меж тем и то и другое бессмысленно. "Наши ошибки обречены
на забвение, ничего иного они не заслуживают". Зачеркнуть прошлое все равно
невозможно, попытайтесь лучше создать настоящее, которым вы впоследствии
сможете гордиться. Разлад с самим собой -- худшее из зол. Всякий, кто живет
ради других -- ради своей страны, ради женщины, ради творчества, ради
голодающих или гонимых, -- словно по волшебству забывает свою тоску и мелкие
житейские неурядицы. "Подлинный внешний мир -- это подлинный внутренний
мир".
Второе правило -- надо действовать. Вместо того чтобы жаловаться на
абсурдность мира, постараемся преобразить тот уголок, куда забросила нас
судьба. Мы не в силах изменить вселенную, да и не стремимся к этому. Наши
цели ближе и проще: заниматься своим делом -- правильно выбрать его, глубоко
изучить и достичь в нем мастерства. У каждого свое поле деятельности: я
пишу книги, столяр сколачивает мне
(578)
книжный шкаф, постовой регулирует уличное движение, инженер делает
расчеты, мэр управляет коммуной...
Андре Моруа (Andre Maurois)
«Открытое письмо молодому человеку о науке жить»
