Если бы вы были девочкой, вам бы не следовало так вот просто взять и запереться со мной в комнате. - Об этом не стоит беспокоиться. Я только хотел сказать: то, что я вас..
Франц Кафка (Franz Kafka)
«Тоска»
Среди своих врагов и друзей я не могу припомнить ни одного, который был бы рассержен настолько, чтобы со мной рассориться. Точнее было бы сказать, “разочарование друзей”...
Джозеф Конрад (Joseph Conrad)
«Традиционное предисловие»
Послышались возгласы. Шерлок Холмс в Тибермесниле? Это -- всерьез? И Арсен Люпэн действительно находится в этих местах? -- Арсен Люпэн и его шайка не должны быть далеко...
Морис Леблан (Maurice Leblanc)
«Шерлок Холмс приходит поздно»
Смотрите также:
Столетие Джона Стейнбека. Радио Свобода
Большая советская энциклопедия. Стейнбек Дж. Э
Вы читаете «О мышах и людях», страница 17 (прочитано 30%)
«Жемчужина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Мне самому здесь нравится
не больше, чем тебе.- Он вернулся к столу и снова принялся за пасьянс.-
Нет, не нравится мне здесь,- повторил он.- И я сам убрался бы отсюда с
превеликим удовольствием. Вот только накопим малость деньжат и
непременно уйдем, доберемся до верховий Миссисипи и станем золото мыть.
Может, будем тогда зарабатывать по нескольку долларов в день, вот и
накопим.
Ленни живо наклонился к нему.
- Уйдем, Джордж. Уйдем отсюда. Здесь плохо.
- Придется обождать,- обронил Джордж отрывисто.- А теперь помолчи.
Сюда идут.
Из умывальной послышался плеск воды и звон тазов. Джордж
разглядывал карты.
- Пожалуй, не мешало бы и нам умыться,- сказал он.- Но мы ведь не
пачкались.
В дверях появился высокий человек. Под мышкой он держал измятую
шляпу, свободной рукой расчесывал длинные черные мокрые волосы. Как и
все, он носил синие джинсы и короткую бумажную куртку. Причесавшись, он
переступил порог с королевским достоинством, видно, это был не
последний человек на ранчо. Служил он старшим возчиком и мог управлять
разом десятью, шестнадцатью, а то и двадцатью мулами, мог убить кнутом
муху на крупе коренника, не причинив ему ни малейшей боли. Держался он
спокойно и величественно; стоило ему заговорить, и все сразу же
умолкали. Авторитет его был велик, и ему всегда принадлежало решающее
слово, шла ли речь о политике или любовном приключении. Звали старшего
возчика Рослый. Моложавого, продолговатого лица, казалось, не коснулись
годы. Ему можно было дать и тридцать пять, и все пятьдесят. Он умел
угадывать недосказанное, говорил медленно и веско, со знанием дела.
Руки его, длинные и тонкие, всегда двигались изящно, как в индийском
танце.
Он разгладил мятую шляпу, заломил тулью и надел. Потом дружелюбно
посмотрел на двоих незнакомцев.
- На дворе солнце вовсю светит,- сказал он приветливо.- А здесь ни
зги не видать. Вы новые?
- Только что пришли,- ответил Джордж.
- Будете ссыпать ячмень?
- Так велел хозяин.
Рослый сел на ящик напротив Джорджа. Он оглядел пасьянс, лежавший
к нему вверх ногами.
- Давайте ко мне, ребята,- сказал он дружелюбно. А то у меня есть
там несколько молокососов, не отличат мешка с ячменем от воздушного
шара. Вы, ребята, когда нибудь ссыпали ячмень?
- А как же,- сказал Джордж.- Мне-то, правда, хвастаться нечем, но
вот этот малый один может ссыпать больше зерна, чем иные вдвоем.
Ленни, который слушал разговор и переводил взгляд с одного на
другого, самодовольно улыбнулся, услышав похвалу. Рослый одобрительно
посмотрел на Джорджа ему похвала тоже понравилась. Потом он наклонился
над столом и взял за уголок карту, лежавшую в стороне.
- Вы, ребята, всегда работаете вместе?
Говорил он все так же дружески.
Страницы: (54) : << ... 9101112131415161718192021222324 ... >>
Тем временем:
...
Еще один дом, на Этон-корт, типичный для Новой Англии домик,
двухэтажный с фасада и одноэтажный с тыла, шесть спален, четыре ванные,
лестничная площадка обшита панелями из сосны, и кровь растекается по стенам
кухни. Этот дом она продавала восемь раз за последние четыре года.
Новому хозяину она говорит:
-- Подождите минутку на линии, -- и жмет красную кнопку.
Сегодня Элен во всем белом: белый костюм и туфли. Только это не
ослепительно снежно-белый, а белый, как трасса для горнолыжного спуска на
канадском курорте Банфф, с личной машиной, с наемным шофером, четырнадцатью
стильными чемоданами, подобранными друг к другу, и номером в отеле
"Лейк-Луис".
Повернувшись к двери, наша героиня говорит:
-- Мона? Лунный луч? -- И чуть громче: -- Бесплотная дева?
Она стучит ручкой по сложенной вчетверо газете у себя на столе и
говорит:
-- Не знаешь: грызун из пяти букв, но не крыса?
Радиосканер булькает и издает слова, всхрюки и треск, повторяя: "Как
понял?" -- через каждую фразу. Повторяя: "Как понял?"
Элен Бойль кричит:
-- Это разве кофе?!
Через час она едет встречаться с клиентом -- показывать дом. Особняк в
стиле эпохи королевы Анны, пять спален, отдельный вход в гостевое крыло, два
газовых камина и лицо самоубийцы, обожравшегося барбитурата, которое
появляется поздно ночью в зеркале в дамской комнате. Потом -- одноэтажный
"фермерский" дом с паровым отоплением, большим подвалом и периодически
повторяющимся грохотом призрачных выстрелов -- отголосков двойного убийства
десятилетней давности. Все это записано у нее в ежедневнике -- толстой
тетради в переплете из материала, похожего на красную кожу. У нее там
записано все.
Она отпивает еще глоток кофе и говорит:
-- Как он называется? Швейцарский армейский мокко? Кофе должен быть по
вкусу похож на кофе или я чего-то не понимаю?
Мона встает в дверях, сложив руки на животе, и говорит:
-- Чего?
И Элен говорит:
-- Я хочу, чтобы ты съездила и проверила...
